Искусственный завет [litres] - Вадим Юрьевич Панов

ещё через пять лет случился очередной технологический прорыв и появились «гнёзда» следующего поколения, с так называемой функцией обратной связи, позволяющей компьютеру отправлять управляющие сигналы. Идея заключалась в том, чтобы, не вторгаясь в основные функции мозга по управлению биологическими процессами, осуществлять управление на когнитивном уровне: куда пойти, что почитать и так далее. Первые опыты проводились над животными и произвели фурор: обезьяны, леопарды, собаки с вживлёнными биочипами показывали чудеса… нет, не дрессировки, а выполнения команд, поскольку управлялись электронными помощниками. Затем настала очередь людей: биочип с обратной связью вживили людям, по тем или иным причинам потерявшим когнитивные способности: лежащим в коме, сошедшим с ума, – и вновь успех! Да, тела перешли под контроль электронных помощников, но люди больше не были прикованы к постели или камере в психиатрической лечебнице!

Команда разработчиков получила Нобелевскую премию. Прозвучали дежурные слова о «наступлении новой эпохи». «Гнёзда» без обратной связи сняли с производства. И резко возросла роль управляющей нейросети.

«Вы подключаете биочип – всё остальное делает электронный помощник!»

Не в умной колонке, не в смартфоне, не в автомобиле или компьютере, а всегда рядом с вами. Всегда на связи, в том числе – на обратной. Верный только вам. Знающий всё на свете. Идеальный спутник навсегда.

«Вы подключаете биочип – всё остальное делает электронный помощник!»

Этот рекламный слоган захватил мир и стал главным лозунгом наступления эры биочипов, а вместе с ними – электронных помощников. Зачем заставлять людей, если можно убедить? Показать, как комфортно жить с умным советником и суфлёром-всезнайкой, способным мгновенно отыскать нужную информацию и за десять минут сформировать недельный отчёт – он ведь знает всё, что было сделано, и ничего не забывает. Меньше чем за год электронные помощники стали новой реальностью. Люди без биочипов перешли в разряд отстающих – им требовались часы, а то и дни на то, на что у электронных помощников уходили минуты. Люди с биочипами привыкли во всём полагаться на шепчущие в голове голоса. Ведь это удобно. А главное, электронные помощники действительно делали «всё остальное». И стали делать много лучше, когда вышли на следующий технологический уровень.

Кто первым запустил AGI[12], достоверно неизвестно. Учёные и журналисты до сих пор ломают тысячи острых копий в публичных дискуссиях, желая выставить свою страну и свой народ самым умным и продвинутым – ради морального превосходства над остальными, и все стороны считают, что первыми были они: американцы, китайцы, индусы… претендентов много. Как бы там ни было, AGI быстро получил широкое распространение, заменяя устаревшие нейросети, а первым человеком, пустившим новейшую разработку в свою голову, стал разорившийся миллиардер из Небраски Рудольф Армитидж, который публично объявил, что меняет своего электронного помощника на более продвинутого.

«Менеджер в салоне сказал, что этот самый AGI может оказаться умнее меня! Ха! Давайте посмотрим, так ли это? Эй, мой новый приятель, „Make Armitage Great Again!“»

Рудольф сказал, что хочет возместить потерянное и вернуться в большую финансовую игру. Если получится, он признает нового помощника равным себе. Результат превзошёл ожидания: советы AGI помогли Армитиджу всего за три месяца восстановить и даже приумножить капитал, после чего на весь мир прозвучало:

«Этому парню я могу доверить всё!»

Фраза, ставшая официальным рекламным слоганом нового поколения электронных помощников, чей интеллект не просто не уступал человеческому, а частенько превосходил интеллект тех, кому AGI призваны были служить. Точнее, не AGI и не электронные помощники, а нейры – новая эпоха потребовала введения нового определения.

Обдумывая неслучившееся

Сначала – запах. Глаза ещё закрыты, тело расслаблено, мозг полностью не включился, бормочет, что нужно поспать ещё хотя бы полчасика, лучше – до вечера, но понимает, что не получится, и неохотно, очень лениво начинает разбирать поступающую информацию. А поскольку глаза ещё закрыты, первой информацией становится запах. Чужой. Незнакомый, но приятный. Так пахнет в доме женщины.

«Это возможно?»

Память пока отказывалась уточнять детали вчерашнего вечера, особенно финал, оставалось лишь предполагать:

«Да, возможно».

Лаврентий приоткрыл глаза, убедился, что в комнате, несмотря на задёрнутые шторы, достаточно светло, вздохнул, перевернулся на бок, окончательно разлепляя глаза, и тут же столкнулся взглядом с сидящей у кровати малинуа. Некоторое время они разглядывали друг друга, затем Лаврентий кашлянул и осведомился:

– Как дела?

Овчарка промолчала. Но не оскалилась, что Граф расценил как добрый знак.

– Ты всё время была здесь?

Тишина.

– Хочешь сказать, что не умеешь говорить?

Малинуа высунула язык, но вновь ничего не сказала.

– Как же хозяйка с тобой общается?

– Командами, – сообщила вошедшая в комнату Райма.

Влажные волосы зачёсаны назад, на лице ни грана косметики, из одежды лишь тоненький халат, облегающий фигуру, как вторая кожа. Девушка явно побывала в душе, дышала свежестью и силой, а халатик накинула на ещё влажное тело, и в результате с Графа молниеносно слетели последние остатки сна.

– И тебе доброе утро, – улыбнулся Лаврентий, без стеснения разглядывая прекрасную фигуру Раймы, которую лучше всего характеризовало сочетание: спортивная женственность.

– Я тебе желала, но ты спал.

– И поэтому не расслышал?

– Скорее всего. – Девушка помолчала. Она остановилась в паре шагов от кровати и не приближалась. Овчарка мгновенно оказалась у ног хозяйки, но смотреть продолжила на гостя. – А Кристи – обычная собака. Я не отдавала её на переделку в Биокоркор, поэтому голосовых связок у неё нет. И биочипа – тоже.

Граф не стал спрашивать почему, сделал вид, что гораздо больше его заинтересовало другое:

– Как ты назвала собаку?

– Кристи, – ответила Райма.

Услышав своё имя, овчарка тут же уставилась на хозяйку.

– Она тебя убьёт, – покачал головой Лаврентий. – Без разговоров. Просто убьёт. Сразу.

Несколько мгновений девушка непонимающе смотрела на Графа, затем сообразила, что он имеет в виду, и ответила:

– Моей собаке четыре года. Тогда я понятия не имела, что однажды познакомлюсь с твоей сестрой.

– Не аргумент, – махнул рукой Лаврентий. – А учитывая, что Крис ещё не определилась на твой счёт, в наших отношениях может возникнуть ненужное напряжение.

– В каких отношениях? – Ответ Графа окончательно сбил Райму с толку. – Мы с тобой даже не спали.

– А почему я в твоей кровати?

– Это гостевая комната.

– А почему я голый?

– Ты сказал, что не спишь в одежде.

– Тебе сказал?

– А кто, по-твоему, тебя сюда притащил?

– И ты меня раздела? – Граф вопросительно поднял брови.

– И не увидела ничего такого, чего бы не видела раньше, – сообщила девушка зачем-то.

– Прости, не хотел тебя смущать.

– Ты при всём желании не способен…

Райма замолчала, потому что Лаврентий неспешно поднялся с кровати и сладко